Зулихан Магомадова (zulikhan) wrote,
Зулихан Магомадова
zulikhan

"Меня добывают, как добывают руду". Стихи Малики Умм Яхья

Интернет забит рифмованной графоманией. Обычно, когда она на тему "я люблю тебя, а ты меня не очень, но это не страшно, потому что завтра мы оба полюбим кого-нибудь другого", к ней относишься снисходительно. Но когда видишь чудовищного качества стихи о высоком, становится неловко и стыдно.
Найти хорошие стихи автора, о котором прежде ничего не слышал, удается совсем не часто. А сильная исламская поэзия на русском языке - вообще явление исчезающе редкое. И когда она попадается, ее хочется всем показать.
В общем, читайте. Подборку я сделала сама, за качество отвечаю лично, собственным литературным вкусом )

Автора зовут Малика Умм Яхья. Это молодая девушка, русская мусульманка, мама маленького сына, которого, как нетрудно догадаться, зовут Яхья. Стихи ее удивительно сильны - при том, что она принципиально, по-видимому, не соблюдает ритм и размер строки. Я, например, никогда не смогла бы так писать, для меня нарушение размера - что-то совершенно невозможное, я привыкла, что это только у графоманов (и изредка у гениев, не без того). А Умм Яхья пишет так постоянно - а в стихах есть то самое неуловимое, что делает рифмованные строчки поэзией...


***
Вот уже фаджр, стелется снежный дым.
Вот встречается лоб с темным ковром.
Вот какой ты видишься остальным.
Где наш дом?

Помни, будет мост, могила и смерть.
Читай дуа, чисти фарфор и медь,
Слушай азан, нарезай халву.
Позовут.


***
Духовная поэзия – она
Сейчас нам непривычна и трудна.
Нур, истикама, магриб, амана –
Кириллица вплетает имена.


***
Мне не говорят: вот, мать, ты хороша-добра,
Но не обессудь, уеду с утра,
Поминай как звали, пришла пора.

Мне говорят: дя, мама - и дают помятого комара,
Трюк идет на ура.

Женщина сделана из ребра,
Не из мозолей и нечищеного нутра.

Мне не говорят: подруга, скоро уйду,
Но давай покажу жену, детишек орду,
А помнишь попкорн один на двоих в третьем ряду?

Меня добывают, как добывают руду.

Яхонт скоро станет кусочком слюды,
Уголек превращается в изумруд.
Нас добывают из очень редкой руды
И потом почти никогда не отдают.


***
Что вы, девочки, про всякую ерунду.
Вот я иду по университету,
Вижу фотографии мертвых
И боюсь, что они в Аду.

Я пою, что рыбки уснули в пруду,
И завариваю череду.
Удивительно, как много в одном году.

Рамадан, скоро ифтар,
На плите кастрюля и вок.
Я везу коляску и стараюсь не торопиться –
Всему свой срок.

Строитель чужого дома
Возводит чужой потолок
И смотрит на меня сверху, я поправляю платок.
Меня беспокоит, каков будет мой итог
И когда начнется главная из дорог.


***
Как золотится песок пустынь…
Ясен твой взор, строен твой стан,
Расшит стразами твой капюшон.
Мы лишь отблики других времен,
Копии слитков золота, признаки перемен.

Раньше был если царь – то царь,
Если царство – то халифат.
Мы пропустили зарю всех зорь
И ждем закат.

Я вижу, в сердцах теплится свет,
Пусть он прогонит тьму.

Нам с тобой – колыбель ногою качать,
Погремушкой по паркету стучать,
Ждать возвращенья к Нему.


***
И вот вчерашний кидалт учит алфавит,
Пишет слова шахады в блокнот,
И теперь уже по-другому зовут,
Лекции по акыде загружает в айпод,
До полудня не спит,
Знает, когда закат и когда восход,
Наконец-то встречает рассвет.

Сначала бандана, потом капюшон, теперь полный хиджаб.
Раньше комиксы и сейлормун, теперь старательный раб.
Платок заколот методом проб.
Улыбается краем губ. Спрятан под бони лоб.
Спрятан каждый изгиб.

В молескине заметки сменили мотив,
Вот – что ильму – золото райских садов,
Вот – что его не получишь, ничего не отдав,
Что с нафсом работаешь, как стеклодув.
Истина входит без лишних слов.
Вот азан поверх наших голов.
Вот лучший призыв.


***
Свет от книг мне протягивает лучи.
Я не вижу нур, его видят наши врачи.
Я за эппловским монитором
Ворочаю кирпичи:
Пишу, как без знаний не видно ни зги,
Как от начала мы с тобой далеки,
Как этот мир сжимает тиски,
Сколько в немусульманах тоски,
Как я могу перечислить свои надежды
На пальцах одной руки.



***
Сестра, нам бы ибадат в тиши,
Умереть в Исламе и жить в глуши.

Страшные сказки, куфр в прибаутках,
В конфетах – спирт, в песенках – дудки.
Я не слышу азан ни разу за сутки.

Тут дела мусульман отчего-то малы,
Соблюдают будто из-под полы,
На жемчужинах слой золы.

Сестра, здесь странно, и враг не спит,
Будто белой буркой, город укрыт.


***
Мы такие большие, ходим с детьми за ручку.
Кто-то хочет еще сына, а кто-то — дочку.
Обсуждаем, как получше почистить чайник,
как оформить визу без проволочек.

Мы умнеем, переезжаем, закрываем лица;
мы почти умеем пост держать и молиться.
Я почти освоилась, не все веревочке виться,
с черным тмином, палантинами и сурьмой.

Мы такие большие, у сестер друг за дружкой свадьбы.
Я уехала из столицы, из — ха! — родовой усадьбы,
ношу темный платок с тоненькой бахромой.
Иногда я хочу домой, но знать бы,
знать бы, где это «домой».

По ночам тут грозы, небо как серый кремний,
я читаю шархи про наше плохое время,
повторяю таджвид и засыпаю с опаской —
вдруг просплю утренние часы.
Мои сестры решительны и прекрасны.
Это лютик, а это клевер полон росы...


***
Современная литература – это хулиганство,
Бахвальство,
Сюжеты сомнительного блаженства,
Душевное тунеядство
Или расстройство.
Как мне быть, если я ищу лишь Твое довольство?

По крайней мере, стараюсь.
И это лучшая из доступных мне мер.
Мне говорят: поменяй тему, поменяй размер,
Напиши бейт по мусталаху, например.

Но это уровень, до которого мне – много миль.
Арабская традиция и новый сладостный стиль.

Я пока пишу про финики, молоко и сияющие глаза мусульманок.



***
Сколько нас, принцесс без горошин,
В светлых комнатах узких башен.
Последи за вареньем из вишен.
Надо быть собраннее и строже.
Когда молчим – и мороз по коже –
Молчим о чем?

Каждая из нас – Белоснежка или Рапунцель,
Невеличка среди оваций.
Вот зажглись иные зарницы,
Журавли спустились к синицам.
Если ходит в хиджабе Рапунцель,
Принц обречен.

Снег над замком несколько дней кряду,
Для омовения надо чистую воду,
В финиках нет греха, в башне – свобода.
Часть из нас умрет на пути джихада,
Часть переживет джихад.

Что нам мороки, что нам земные сказки,
Хрустальные туфельки, локоны Златовласки.
Нам под химаром кристально ясно,
Кто стал беден, а кто – богат.

Малика Умм Яхья
Tags: Ислам, мусульманка, не мои стихи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 44 comments